дорожек, любуясь шпилями Джорджтаунского
университета и светящимся в лучах солнца изгибом реки Потомак.
Первую милю Джефф неизменно проходил шагом - восьмиминутная разминка перед следующими пятью, которые доктор
пробегал за тридцать семь минут. Дюран неохотно отклонялся от установленного порядка и поэтому день изо дня пробегал
по три четверти часа (плюс-минус минута). Ускорить темп ничего не стоило, но от этой идеи врач отказался. Во-первых,
скорость начинала отрицательно сказываться на частоте пульса и прочих показателях, а во-вторых... Что ж, другая причина
его нежелания бегать быстрее была строго индивидуальной. Попросту говоря, когда скорость на бегущей дорожке
переходила за отметку восемь с половиной миль в час, тренажер начинал издавать пренеприятнейший писк. Большинство
людей этот звук не улавливало, но Дюрана он страшно раздражал. Потому-то психотерапевт и выработал привычку бежать
чуть медленнее, чем мог бы.
Тот день ничем не отличался от остальных. Доктор прибыл в клуб вскоре после рассвета, выполнил упражнения на
растяжку, походил, поработал с отвесами, не заводя разговоров ни с кем из присутствующих. Затем вернулся в квартиру,
принял душ и побрился.
Стоя перед зеркалом, он ворошил полотенцем волосы, как вдруг, взглянув на свое отражение, вспомнил сказанные на
днях слова Нико: «Док, тебе надо больше бывать на воздухе. Ты бледен, как призрак».
И верно. Более того, таким он будет и впредь, пока не преодолеет фобию, держащую его в четырех стенах. «Тебе нужен
психиатр», - сказал себе Дюран с тихим неубедительным смешком. Джефф действительно выглядел бледновато, и речь шла
не о синюшности больного человека, а о белизне кожи. «Вампир во цвете лет», - сострил Дюран.
Вернувшись в спальню, доктор застегнул на запястье часы и засек время: 8.35. Значит, у него осталось меньше получаса,
чтобы подготовиться к встрече с сегодняшним пациентом, Хенриком де Гроотом. Дюран наспех оделся и торопливо прошел
в кабинет. Сел за письменный стол и включил компьютер.
Когда процессор загрузился, Джефф открыл директорию, где лежали папки пациентов, и просмотрел заведенный на
голландца файл.
В свои двадцать восемь Хенрик был преуспевающим, умудренным опытом бизнесменом, беспрестанно летавшим по
делам компании из США в Европу и обратно. Его фирма, одна из крупнейших в своей области, занималась проектированием
и установкой противопожарных систем в отелях и офисных зданиях, специализируясь, как выразился де Гроот, «на
занимаемых людьми площадях». Эта компания одной из первых разработала метод модернизации устаревших систем таким
образом, чтобы клиенты несли минимальные издержки. «Сейчас повсеместно отказываются от галлона, - пояснил он. -
Выводят его из использования по тем же соображениям, что и фреон - оба газа разрушают озоновый слой». И хотя
психотерапевт не интересовался деталями, голландец подробнейшим образом описал, как работает противопожарная
система. Устройство автоматически включается при появлении в помещении дыма или при резком повышении температуры,
многочисленные сопла выпускают инертные газы, которые снижают уровень содержания кислорода до той точки, когда
возгорание невозможно, а дыхание людей не затруднено.
Недавно его фирма заключила договор с крупной сетью отелей в среднеатлантическом регионе, и де Гроот переселился в
Вашингтон, чтобы лично