очень достойный молодой человек, у него дети и все такое...
- Твоя чувствительность ошеломляет. Ты, верно, думаешь, что я получу от этого удовольствие. Дьявол, я ведь сам
воспитывал этих парней - Ну тогда призови их к порядку, пока все это не зашло слишком далеко. Нью-Йорк становится все
более подозрительным, Олли. Они начинают задавать кучу вопросов.
- Кто?
- Лазарев.
- И что ты им сказал, Де Вашер?
- Все. Это моя работа. Тебя ждут в Нью-Йорке послезавтра, для детального доклада.
- Чего они хотят?
- Им нужны ответы. И планы.
- Какие планы?
- Предварительные планы устранения Козински, Ходжа и Тарранса, если будет такая необходимость.
- Тарранса! А ты не сошел с ума, Де Вашер? Мы не можем устранить полицейского. Сюда же пришлют армию.
- Лазарев болван, Олли. Ты знаешь это. Он идиот, но я не думаю, что с нашей стороны было бы умно сказать ему об этом.
- А я скажу. Я поеду в Нью-Йорк и скажу ему, что он круглый дурак.
- Сделай это, Олли. Сделай это!
Оливер Ламберт поднялся с кресла и направился к двери.
- Наблюдать за Макдиром еще месяц.
- Хорошо, Олли. Он согласится, держу пари. Не беспокойся.

Глава 4

"Мазду” продали за двести долларов, большая часть которых пошла в уплату за аренду небольшого грузовичка. Его
вернут арендной конторе уже в Мемфисе. Часть старой мебели раздали соседям, часть выбросили, и погруженными
оказались только холодильник, кровать, шкаф для одежды, комод, небольшой цветной телевизор, ящики с посудой, одеждой,
всякими мелочами. Из чисто сентиментальных воспоминаний взяли с собой и старую кушетку, понимая, однако, что долго
она в новом доме не простоит.
Эбби держала на руках их беспородного пса Херси, а Митч сидел за рулем и гнал машину через Бостон на юг, все дальше
на юг, туда, где их ждала лучшая жизнь. Уже три дня они пробивались второстепенными дорогами, наслаждаясь сельской
местностью и подпевая передаваемым по радио песням. Они ночевали в дешевых мотелях и болтали о доме, о “БМВ”, о
мебели, детях, богатстве. Опустив стекла кабины, они с радостью подставляли свои лица ветерку в те моменты, когда
грузовичок набирал максимальную скорость - почти сорок пять миль в час! Где-то уже в Пенсильвании Эбби робко
намекнула, что они могли бы по пути заскочить ненадолго в Кентукки. Митч не сказал ничего, но выбрал маршрут,
пролегающий через обе Каролины, Северную и Южную, и Джорджию, так что в любой точке их пути между ними и
границей штата Кентукки было не меньше двухсот километров. Эбби смирилась.
Они добрались до Мемфиса в четверг утром; как и было обещано, черный “БМВ” триста восемнадцатой модели стоял у
гаража в ожидании хозяев. Митч не сводил глаз с машины. Эбби - с дома. Трава перед ним была густой, зеленой и аккуратно
подстриженной. Невысокая ограда вокруг поблескивала свежей краской. Ноготки на клумбе - в цвету. Ключи, как
договаривались, лежали в кладовой под ведром.
Не вытерпев и опробовав новенький “БМВ” тут же во дворе, они кинулись разгружать грузовик - им не хотелось давать
соседям шанс рассмотреть небогатые пожитки. Грузовичок сразу же отогнали в отделение арендной конторы. И - снова за
руль “БМВ”!
Женщина-декоратор, специалист по интерьерам, та самая, которой вменили в обязанность оформить его кабинет, пришла
после обеда, принеся с собой образчики