себе такие расходы, поэтому фирма ссужает их деньгами под очень небольшой процент.
- Какой именно?
- Не знаю точно. Мы приехали сюда семь лет назад и живем сейчас уже во втором доме, первый, поменьше, продали. Это
будет выгодно для вас, поверь мне. Уж фирма проследит за тем, чтобы у вас был собственный дом. Здесь это вроде
неписаного правила.
- Почему им это так важно?
- По нескольким причинам. Прежде всего, они хотят, чтобы вы переехали сюда. Фирма очень избирательна, и, как
правило, если они хотят, чтобы человек к ним пришел, этот человек приходит. А поскольку Мемфис не идет в сравнение с
крупными городами, где жизнь бьет ключом, они чувствуют себя обязанными как-то это компенсировать. К тому же к
сотрудникам предъявляются очень высокие требования, они перерабатывают, у них восьмидесятичасовая рабочая неделя, их
часто не бывает дома. Это нелегко и для мужа и для жены, и фирма знает об этом. Суть в том, что, когда в семье все хорошо,
юрист чувствует себя счастливым, а счастливый юрист приносит фирме больше прибыли. Так что в основе всего - прибыль.
Они очень практичны. И еще, наши мужчины - заметь, там нет женщин - очень гордятся тем, что они так преуспевают, им
пристало выглядеть и действовать так, как это делают состоятельные люди. Фирма посчитала бы за оскорбление, если бы ее
сотрудник вынужден был жить в квартире. Нет, ему полагается владеть домом, а через пять лет - новым, побольше. Если
после обеда у нас будет время, я покажу тебе дома некоторых компаньонов. Тогда ты перестанешь возмущаться
восьмидесятичасовой рабочей неделей.
- А я и не возмущаюсь, я давно привыкла.
- Молодец, но учеба в университете не идет ни в какое сравнение. Когда подходит время уплаты налогов, они, бывает,
работают и по сто часов в неделю.
Эбби улыбнулась и непроизвольно потрясла головой, впечатленная этой цифрой.
- Кэй, ты работаешь?
- Нет. Большинство жен не работают. Деньги в доме есть, так что женщину работать ничто не заставляет, да и мужья не
слишком-то помогают воспитывать детей. Но, конечно, работать не запрещается.
- Кем не запрещается?
- Фирмой.
- Надеюсь, что это так.
Про себя Эбби повторила слово “запрещается”, но тут же выбросила его из головы.
Кэй пила кофе и любовалась утками в фонтане. Какой-то малыш, видимо, убежавший от матери, тянулся ручонками к
воде.
- Вы думаете заводить детей? - обратилась она к Эбби.
- Может, через пару лет.
- Детишки поощряются.
- Кем?
- Фирмой.
- С какой это стати фирме беспокоиться о том, есть у нас дети или нет?
- Как же, ведь это упрочает семью. Когда появляется новорожденный, вокруг устраивают такую шумиху - шлют тебе в
больницу цветы и подарки, и вообще чувствуешь себя королевой. Мужу предоставляют недельный отпуск, но он, как
правило, слишком занят, чтобы им воспользоваться. Фирма делает страховой взнос в тысячу долларов - на будущее обучение
ребенка. И вообще все очень веселятся.
- Похоже, у вас тут прямо-таки братство какое-то. - Скорее одна большая семья. Вся наша жизнь, в том числе и
общественная, связана с фирмой, и для нас это важно, ведь коренных жителей среди нас нет, все мы трансплантаты.
- Все это просто здорово, но не хотелось бы, чтобы кто-то мне говорил, когда работать, когда отдыхать, когда иметь детей.
- Не переживай.