это, он не сводил глаз с черных швов на ее чулках.
- Неплохо.
Одобрение вовсе не относилось к тому, что она слышала. Она все так же стояла у окна и смотрела вниз.
- Как называется здание?
- Это “Хлопковая биржа”, одно из самых старых зданий Мемфиса. Очень престижное место.
- А насколько престижна плата?
Он кашлянул и раскрыл папку, которую держал в руках. Уперся глазами а ее каблуки.
- Офис такой маленький... Для чего, вы сказали, его снимаете?
- Для секретарской работы. Я - независимая секретарша, предоставляю услуги тому, кто в них нуждается.
Не обращая на него никакого внимания, она приблизилась к другому окну. Он следовал за ней.
- Понятно. На какой срок хотите снять помещение?
- На полгода с возможным последующим продлением на год.
- О’кей, на полгода цена составит триста пятьдесят в месяц.
Она остановилась, не дойдя до окна. Небрежным движением сбросив правую туфельку, она кошачьим движением провела
ступней по икре левой ноги. Мужчина успел заметить, что шов продолжался и вдоль всей ступни, а ноготки на пальцах ног
были... красными! Чуть оттопырив свою задорную попку, Тэмми уселась на подоконник. Папка в руках клерка затряслась
мелкой дрожью.
- Я буду платить вам двести пятьдесят в месяц, - авторитетно заявила она.
Он закашлялся. Какой смысл жадничать? Крошечные комнатки были ни на что не пригодны, годами их не снимал никто.
А независимая секретарша могла понадобиться и конторе. Ему самому могла понадобиться независимая секретарша.
- Триста, и это мое последнее слово. На здание огромный спрос. Девяносто процентов площади уже сданы. Триста в
месяц, и это совсем задаром. Мы едва покроем издержки.
Внезапно она повернулась к нему, и ему уже просто некуда было девать свои глаза: он стал пожирать их взглядом.
Высокие и полные, туго обтянутые тонким свитером.
- В объявлении говорилось, что офисы сдаются уже с мебелью, - заметила она.
- Мебель мы можем вам предоставить, - согласился он, готовый сотрудничать. - Что вам понадобится?
Тэмми посмотрела вокруг.
- Мне будет нужен стол секретаря и этажерка для картотеки. Стеллажи для папок, несколько штук. Пару стульев для
клиентов. Никакой безвкусицы. Другую комнату можно оставить пустой. Я поставлю туда ксерокс.
- Нет проблем. - Он улыбнулся.
- За все это я буду платить триста долларов в месяц.
- Договорились.
Он достал из своей папки бланк и стал его заполнять.
- Ваше имя?
- Дорис Гринвуд.
Ее мать звали Дорис Гринвуд, а ее саму Тэмми Инес Гринвуд - до того, как она вышла замуж за Бастера Хэмфила, позже
официально сменившего свое имя на Элвиса Аарона Хэмфила, и с тех пор жизнь Тэмми перестала быть безоблачной. Мать
жила в Эффингэме, штат Иллинойс.
- Отлично, Дорис, - сказал он свойским голосом, как если бы они давно уже называли друг друга по имени и отношения
их становились все более тесными. - Домашний адрес?
- А это вам для чего? - В голосе ее послышалось некоторое раздражение.
- Ну-у, нам просто нужна какая-то информация.
- Это не ваше дело.
- О’кей, о’кей. Нет так нет.
Картинным жестом он оторвал корешок, поднес его ближе к глазам.
- Ну вот. Я оформил начиная с сегодняшнего дня, 2 марта, на шесть месяцев, то есть по 2 сентября. Нормально?
Она кивнула и закурила