- Не волнуйся, девочка, мы с Джоном считаем, что ты была очаровательна.
После торжества они пошли ужинать в ресторан "Порт-клерский кабачок".
Там подавали при свечах, их стол стоял на террасе с видом на пролив.
- Мы должны сказать тебе нечто очень важное, девочка! - объявила мать после десерта.
Но Джери-Ли была занята тем, что наблюдала за подвыпившей парочкой за столиком напротив - они откровенно
тискались.
- Джери-Ли! - прикрикнула на нее мать, заметив, куда направлены взгляды девочки. Джери-Ли перевела взгляд на мать.
- Я сказала, что мы должны сообщить тебе нечто очень важное!
- Да, мама, - и Джери-Ли сразу же стала послушным ребенком.
Мать заговорила смущенно:
- Видишь ли... С тех пор, как умер твой отец... словом, ты понимаешь, как трудно мне одной заботиться и о тебе, и о
твоем брате, и ходить на работу в банк каждый день...
Джери-Ли сидела молча. Она начала понимать, о чем пойдет речь, но еще не знала, как она ко всему этому отнесется.
Мать поглядела на Джона Рэндола в поисках поддержки. Он благодушно кивнул. Тогда мать нашла его руку под столом и
ухватилась за нее.
- Мы... Я подумала, что было бы лучше, если бы и ты, и твой братик опять бы имели отца, - и она добавила торопливо:
- Бобби скоро исполнится шесть лет, и ему нужен отец, чтобы узнать многие важные для мальчика веши... Ты же знаешь -
игры в мяч, рыбалка и все такое прочее в этом роде...
Джери-Ли внимательно посмотрела в глаза матери, потом перевела взгляд на мистера Рэндола.
- Ты хочешь сказать, что решила выйти за него замуж?
В ее голосе отчетливо прозвучала нотка удивления, даже недоверия: ее отец был так непохож на мистера Рэндола. Он
всегда смеялся и всегда в нем бурлили какие-то проказы, шутки, затеи. А мистер Рэндол практически не улыбался.
Мать умолкла.
Заговорил мистер Рэндол.
Мягко, вкрадчиво, доверительно, словно он разговаривал с клиентом в банке, пытающимся выяснить, откуда возникла
неточность в его месячном банковском отчете.
- Я буду очень хорошим отцом для вас обоих. Ты очень милая девочка, и твой брат мне нравится.
- А я вам не нравлюсь так, как он? - спросила Джери-Ля с детской безошибочной логикой.
- Конечно же нравишься, - сказал он быстро. - Я думаю, что дал это понять достаточно ясно.
- Но вы этого не сказали.
- Джери-Ли! - в голосе матери опять появились нотки возмущения. - Ты не имеешь никакого права разговаривать так с
мистером Рэндолом.
- Все в порядке, Вероника, - сказал он тем же мягким, вкрадчивым голосом. - Ты мне нравишься, Джери-Ли. И я был бы
горд, если бы ты согласилась, чтобы я стал твоим отцом.
Джери-Ли смотрела ему прямо в глаза. Впервые она заметила, что в самой глубине их теплится настоящая доброта и
внимание к людям. И вей в ней мгновенно ответило на это. Но сама она ничего не смогла произнести в ответ.
- Я знаю, что никогда не сумею занять место твоего настоящего отца, но я люблю твою мать и буду очень заботливым
отцом и тебе и Бобби, - сказал он со всей искренностью, на которую был способен.
- А вы разрешите мне держать цветы на венчании? - спросила неожиданно Джери-Ли и улыбнулась от предвкушения этой
радостной процедуры.
Джон Рэндол с облегчением рассмеялся. - Ты можешь делать все, что захочешь! - сказав он и положил руку на руку
матери.