она гордо.
- А почему не актрисой? - удивился он. - Вы достаточно красивы, чтобы стать актрисой.
Она вспыхнула до корней волос.
- Почему вы так говорите? Разве я не могу хотеть стать писателем?
- Конечно можете, - признался он. - Просто это несколько необычно.
Большинство девушек мечтают поехать в Голливуд, стать кинозвездами.
- Может быть, я тоже поеду туда, - сказала она задумчиво.
Тем временем автобус замедлил ход, - они приближались к железнодорожной станции. Мужчина встал и улыбнулся
девушке.
- Увидимся завтра и еще поговорим.
- О'кей, - согласилась она.
Джери-Ли следила за его высокой фигурой в развевающемся на ветру плаще до тех пор, пока он не скрылся в зале
ожидания нью-йоркского экспресса, прибывающего в 8.07.
Берни Мэрфи, парень, с которым она в тот год дружила, ждал ее перед школой.
- Ты знаешь, с кем я познакомилась сегодня в автобусе? - спросила она его возбужденно, не успев даже поздороваться. - С
Уолтером Торнтоном!
Представляешь? Я сидела рядом с ним целых три месяца и даже не знала, кто рядом со мной!
- А кто он, этот Уолтер Торнтон? - спросил Берни.
- А кто такой Микки Маус? - фыркнула она с презрением.
Когда Джери-Ли было десять лет, произошли два события, изменившие ее жизнь. Во-первых, ее мать вышла замуж во
второй раз. И во-вторых, Джери-Ли написала рассказ, который впоследствии поставила как пьесу на школьном выпускном
вечере.
Назвала она пьесу "Кровавая волшебная сказка". И она действительно была кровавой: когда упал занавес, все персонажи
уже были трупами.
Поскольку она совмещала в едином лице автора, режиссера и продюсера, Джери-Ли взяла себе единственную роль, в
которой было две ипостаси: поварихи, казненной по приказу злого короля, и ведьмы, в которую превратилась повариха,
восстав из могилы. Ведьма вернулась на землю, чтобы отомстить королю.
Джери-Ли наслаждалась ощущением власти. В те, увы, быстро пролетевшие дни она была самой значительной персоной
среди учащихся пятого выпускного класса. Тогда впервые она почувствовала, какое влияние может оказывать на людей, и
инстинктивно поняла, что именно написанные ею слова стали источником этой кружащей голову власти и могущества.
После спектакля, прижимая к груди награду за литературное творчество, с лицом, все еще со следами черного, как зола,
грима ведьмы из спектакля, она прибежала к матери и объявила о своем решении:
- Я собираюсь стать писателем, ма1 Ее мать, сидевшая рядом с мистером Рэндолом из Фермерского банка, неопределенно
улыбнулась. Она едва видела спектакль - слишком была занята тем, что обдумывала предложение, которое сделал ей
предыдущим вечером Джон Рэндол.
- Чудесно, милая, - сказала она. - Но ты ведь собиралась стать актрисой, насколько я помню.
- Собиралась, - подтвердила Джери-Ли. - Но я передумала.
- Насколько я могу судить, ты выглядела очень красиво на сцене. Но это мнение матери. А как вы считаете, Джон?
- Она была самой красивой девочкой на сцене, - искренне присоединился к мнению матери Джон.
Джери-Ли вытаращила на них глаза. Господи, да они ослепли, что ли? В том-то и заключалась ее главная задача как
актрисы, чтобы выглядеть как самая отвратительная ведьма!
- Значит мой грим никуда не годился, - заявила она.
Мать улыбнулась снисходительно.