какие-нибудь предположения?
- Кое-что есть, доктор. Но я бы предпочел подождать и, прежде чем говорить, хочу удостовериться, что эти
предположения верны.
- Хорошо. Чем я могу помочь?
- Вы можете разрешить мне прочитать заключение, которое было сделано в вашей больнице?
- Вот оно.
Милстен прочитал его быстро. В нем не содержалось никакой новой для него информации. Он поднял глаза от бумаг,
взглянул на врача и спросил:
- А где бы я мог получить некоторые подробности?
- Для этого вам придется вернуться к первоисточнику. В нашем случае это больница "Ист-Элмвуд". А до них - суд и
полицейские участки. Но первым делом, вам, наверное, нужно получить информацию в больнице.
Детектив поблагодарил, попрощался с врачом и вернулся в отель. Он лег на диван и задумался. Однако перемена времени
суток сказалась на нем, и он вскоре заснул. Когда он проснулся, было уже время ужина. Он взглянул на часы - в Калифорнии
четыре часа дня. Дочь, наверное, вернулась домой после занятий.
Голос дочери звучал ясно и весело:
- Ты нашел ее, папа? Повидался?
- Да.
- Как она?
Он вложил все, что чувствовал сейчас, в одно слово:
- Печально.
На том конце вротеда замолчали.
- Я не уверен, что смогу ясно выразиться, Сюзан, - сказал он. - Но впечатление такое, что она разорвала себя на две части,
и одна часть умерла.
- Бедняжка. Ты можешь что-нибудь для нее сделать? Ома обрадовалась твоему приезду?
- Не знаю, что я смогу сделать. Да, она обрадовалась. Во всяком случае, мне так кажется. Ты знаешь, что она сказала мне?
Она сказала, что я единственный ее друг. Представляешь? И это при том, что мы с ней едва знакомы.
- Я не могу себе даже представить такого одинокого человека.
Надеюсь, ты ей поможешь, пап? Ты хотя бы попытаешься, да?
- Да.
- Я очень горжусь тобой, папа!
Собственно больничное здание стояло немного в стороне от служебных помещений, расположенных вокруг него по всей
территории больничного комплекса. С другой стороны неширокого проезда для автомобилей был разбит небольшой парк, на
углу, напротив парка, - столовая, на ней большой рекламный плакат, сообщающий, что здесь можно получить завтрак за
шестьдесят пять центов.
Милстейн постоял некоторое время на бетонной ступеньке лестницы, прислушиваясь к голосам людей, входивших и
выходивших из больницы.
Большинство из них говорили на испанском. Не с мексиканским мягким акцентом, к которому он привык дома, но тем не
менее, это был все тот же язык бедных.
Через несколько минут он уже сидел в маленьком кабинете на девятом этаже перед столом миссис Пул, главы
администрации больницы. Для того чтобы пройти к ней, ему пришлось преодолеть несколько забранных в стальные решетки
дверей, которые отделяли женское психиатрическое отделение от остальных отделений.
Миссис Пул была женщиной средних лет, чернокожая, симпатичная, с теплой приветливой улыбкой на устах и добрыми
глазами. Она взглянула на копию заключения, полученную Милстейном у доктора Слоуна.
Джейн Рэндолф? У нас проходит так много девушек, офицер.
Он кивнул, соглашаясь.
Она сняла телефонную трубку.
Через минуту молодая женщина-полицейский в форме принесла личное дело Джейн Рэндолф.
- Думаю, это то, что вы ищете, - сказала миссис Пул.
На обложке было напечатано