с ним слишком много времени. Я не хочу, чтобы
люди считали, что я одобряю семьи, подобные его.
- Не понимаю, кому какое дело, с кем я встречаюсь или не встречаюсь.
- Если ты работаешь в банке, - все, что ты делаешь, касается твоих соседей и вкладчиков. Как иначе, по-твоему, можно
заслужить их доверие?
Она подумала о мистере Карсоне, президенте банка, и о том, что рассказал ей Мартин. Ей захотелось рассказать об этом
отцу и какой-то момент она испытывала сильное желание так и сделать, но промолчала.
- Я очень устала, - сказала она. - Приму горячую ванную и лягу спать.
Она поцеловала родителей, пожелала им спокойной ночи и поднялась по внутренней лестнице в свою комнату.
Пустив горячую воду в ванну, она начала раздеваться. Подумала о Мартине, потом ее мысли перескочили-на Уолта. И
опять по всему телу прошла теплая волна, и она почувствовала, как ослабели ноги.
Она поглядела на свое обнаженное тело в зеркало.
Ослепительная белизна грудей и темное, загорелое тело. Соски набухшие, твердые, казалось вот-вот взорвутся. Они
болели. Она потрогала их пальцами, и вдруг во всем теле возникло волнение, возбуждение. Горячая волна прокатилась по
животу и сконцентрировалась там, внизу, между ног, да так сильно, что ей пришлось опереться на подзеркальник.
Она медленно опустилась в горячую воду и легла на спину. Внизу живота болело, ныло, тянуло, в сосках покалывало и
тоже болело, но боль была приятной, такой, какую она никогда до этого не испытывала. Горячая вода обняла ее нежно. Она
начала намыливаться. Рука двинулась вниз - возбуждение и удовольствие возросли. Почти в полусне она прикоснулась к
волосам на лобке, стала намыливать их, двигая рукой вверх и вниз, потом, почти против ее воли, пальцы скользнули вниз,
внутрь, она откинулась, закрыла глаза, прислушиваясь к тому, как в ней нарастает возбуждение - и тут движения пальцев
стали ускоряться, независимо от нее...
Перед мысленным взором возникло лицо Уолта - и сразу все мышцы напряглись, что-то внутри ее взорвалось, ее
пронзила вспышка болезненного белого огня, она едва не вскрикнула, изгибаясь в консульсиях от первого в ее жизни
оргазма. Потом все прошло, и она осталась лежать в ванне, безжизненная, слабая, удовлетворенная и одновременно
опустошенная.
"Это и есть в действительности любовь?" - подумала она лениво.
Она продолжала удивляться новому ощущению, далеко заполночь лежа без сна в своей удобной, теплой постели.
"Это и есть любовь?" - думала она.

Глава 6

Неожиданно оказалось, что этой новой "любовью" наполнено все, что окружало ее: и в журналах, и в газетах, и в книгах,
которые она читала, в фильмах, на которые она ходила, в рекламе, и в коммерческих передачах по телевизору, в разговорах
друзей и знакомых. И то, что она видела во всем, говорило ей о ее растущей сексуальности.
Произошло так, словно Уолт нажал на таинственный спусковой крючок, который вызвал в ней бурную реакцию, и теперь
словно ее увлекают на дорогу, по которой ей вовсе не хочется двигаться. Во всяком случае, она еще не уверена, что ей
хочется вступать на нее... У нее не было уверенности, что она хочет исследовать новый путь, и потому ей приходилось
бороться со смутным желанием все же вступить на него. Видимо, из-за того, что она так и не могла понять, что же она хотела
бы - или не хотела - открыть